130 законов перехода к рыночной экономике
- 21 июля 1990 года парламент принял закон о переходе к рыночной экономике. Это произошло после того, как Григорий Явлинский выступил с программой «500 дней». Он был оптимистом. Я его чувств не разделял. Как председатель бюджетной комиссии я выступил в начале июля в парламенте с расчетами и доказал, что построить рыночную экономику за 500 дней – дело бесперспективное. Представил перечень из примерно 130 проектов законов. Эту программу мне подсказал мой опыт работы советником молдавских депутатов в Москве, а также опыт перехода к рынку республик Балтии.
Среди проектов был закон о деньгах. Я считал, что в этом деле всегда в выигрыше эмитент. Переход к лею назначили на 1991 год. Но в мае сместили премьера Мирчу Друка, его сменили Валериу Муравский, затем Андрей Сангели.
Почему мы опоздали
- В декабре 1991 года в Алма-Ате, тогдашней столице Казахстана, состоялось заседание представителей всех бывших республик СССР, кроме республик Прибалтики, по вопросу денег. Решили со 2 января 1992 года снять ограничения на цены. Это означало их повышение.
До 1990 года в СССР были низкие цены и, соответственно, низкие зарплаты. Государство во многом привязывало все цены к цене хлеба. Но такой политике помешала международная обстановка. После арабо-израильских войн 60-70-х годов, когда Израиль с подачи США, крупнейшего импортера нефти, разрушил инфраструктуру Сирии и других арабских государств, эти страны решили наказать американцев и повысить для них цены на нефть в пять-шесть раз. До 1980 года, при Косыгине, СССР процветал. Но США постепенно диверсифицировали свои энергоисточники, цены упали и породили кризис середины-конца 80-х.
Все стало дорожать. В январе 1992 года Украина ввела карбованцы, установив период обмена. Еще тогда я обратился к властям с призывом прекратить оборот советского рубля. Президент Мирча Снегур подписал в Алма-Ате документы о либерализации цен, поэтому инициатива введения лея должна была исходить от национального банка или правительства. Но этого не произошло.
Такое бездействие могло означать или безграмотность, или подкуп, или то и другое вместе.
Минфин и нацбанк несут ответственность за цены, за рынок товаров. Мое обращение было адресовано председателю парламента Александру Мошану, я предсказывал: Молдова останется без товаров, у людей будут на руках бумажные деньги при дефиците продовольствия. Мой опыт работы в госплане МССР и в институте планирования давал возможность предвидеть риски: я понимал, что Молдову завалят рублями. Но наша власть еще тогда показала себя: кто государственник, а кто думает о только своем.
1 июля 1992 года был запущен в оборот новый российский рубль, страны Балтии и республики Закавказья перешли на свои валюты. Советские рубли с Украины хлынули в Молдову – по моим расчетам, пришел примерно миллиард. Наши небольшие запасы стали таять, исчезали стройматериалы, одежда, обувь, консервы. В населенных пунктах на границе с Украиной магазины пустели.
Даже те, кто не пил, покупали ящиками водку и коньяк, люди скупали все что только можно.
Депутаты предлагали перейти на румынский лей
- В парламенте спорили. Профессор Сержиу Киркэ считал, что в Молдове должен иметь хождение румынский лей. Ему отвечали: лей девальвируется, и нет соглашения о его введении. За это предложение проголосовало 136 депутатов, не хватило 50 голосов. Другие хотели назвать валюту молдавским долларом: депутаты считали, что так она автоматически станет твердой.
Предлагали название «дукат» - в наших краях он имел когда-то хождение.
Мое предложение о молдавском лее не добрало семи-восьми голосов. Мне пришлось вновь объяснять депутатам ситуацию. Так название было все же утверждено. После этого президент и председатель парламента обратились в национальный банк, а комиссия парламента - в монетный двор Румынии. Оказалось, что там чеканили только монеты. За наш заказ взялась французская фирма. Как оказалось, с ней вели переговоры секретно: я, например, не знал.
Кем были советские миллионеры
- Почему же так тянули с введением лея? На мой взгляд, есть только одно объяснение.
К тому времени в республиках скопилось много советских рублей. Обмена валют не было, за это полагалось уголовное наказание. Самое большое количество советских рублей скопилось у крупных хозяйственных руководителей и бывших партийных чиновников. Безопаснее было их использовать в другой республике. И вот в Молдову ринулись миллионеры, прибавляя свои рубли к нашим местным.
Потребительские товары, сырье, строительные материалы скупали на предприятиях и оптовых базах. Потом стали скупать оборудование заводов и фабрик и вывозить в соседнюю страну. Заключались договоры на оплату покупки в счет поставок будущих товаров по фиксированным ценам, использовались и другие приемы.
Истоки нашей бедности
- Введение молдавского лея затянули до 29 ноября 1993 года. Молдова была тринадцатой по счету республикой СССР, которая ввела свои деньги. Через пять лет, в августе 1998 года, премьер-министр Андрей Сангели заявил в интервью газете «Timpul», что мы якобы ввели свою валюту «одними из первых». До сих пор некоторые государственные чиновники корректируют свои ошибки.
Из-за того, что мы опоздали, Молдова потеряла несколько миллиардов рублей. Это огромные потери. Отсюда истоки сегодняшней бедности народа. Люди, у которых было 10-15 тысяч советских рублей, поменяли их в пропорции 1:1000, получив по 10-15 лей. Это трагедия. Такие суммы в поте лица копили десятилетиями. За один день состоятельный работяга превратился в нищего.
В обстановке инфляции люди пытались избавиться от советских рублей, понимая, что сегодня еще можно что-то купить, а завтра уже не купишь ничего. Крестьянин, продав кабана в конце января 1992 года, в конце апреля уже вряд ли мог на эти деньги купить даже молочного поросенка.
Официально инфляция вплоть до 1990 года составляла 1,0-1,5 процента. Начало галопирующей инфляции пришлось на 1991 год, в 1992 году ее уровень достиг 2 500 процентов. Такого не было даже в войну.
Бесполезные купоны
- История не знала такой непродуманной реформы, как в Молдове. В промежутке до введения молдавского лея нацбанк ввел черно-белые, а затем цветные купоны, которые были призваны защитить рынок потребительских товаров. Но это ничего не дало. И никто ни разу не ответил на мою критику по этому вопросу.
За всю историю Молдовы сделали две крупные экономические ошибки: это денежная реформа и так называемая приватизация. Если причины приватизации понятны – задача была украсть, то в ходе денежной реформы к этому прибавились безответственность и неграмотность.
Марина ТИМОТИНА