Второе захваченное государство времен Майи Санду – то же самое, что первое захваченное государство времен Владимира Плахотнюка. Только хуже. Санду и PAS приняли эстафету от Плахотнюка и ДПМ и понесли ее дальше. Задача возвращения государства людям сегодня не стала менее актуальной и более легкой, чем когда об этом писал генсек Совета Европы.
В 2015 году с легкой руки тогдашнего генерального секретаря Совета Европы Торнбьёрна Ягланда Молдову окрестили «захваченным государством».
«Несмотря на годы разочарования, многие молдаване по-прежнему возлагают большие надежды на свою страну. Они утверждают, что, освобожденное от коррупции, оно может быть преобразовано. Но сначала это захваченное государство должно быть возвращено его гражданам», – написал Ягланд в статье под заголовком «Вернуть Молдову с края пропасти», опубликованной в газете «Нью-Йорк таймс».
Если государство захвачено, значит, есть и тот, кто его захватил. В «захватчики» единодушно определили Владимира Плахотнюка, которого называли «Хозяином Молдовы» и главой этого самого политического режима захваченного государства.
В июне 2019 года парламент принял «Декларацию о признании Республики Молдова захваченным государством», в которой дал характеристику этого режима:
= Контроль над государственными и правоохранительными органами, судебной системой;
= Коррупция.
= Отмена выборов.
= Преследование оппозиционных политических партий.
= Препятствование расследованию кражи миллиарда и возмещению ущерба, понесенного населением вследствие этой кражи.
= Аресты, преследовании и линчевании посредством СМИ членов и сторонников оппозиции.
= Использовании спецслужб в качестве политической полиции и жестокое обращение с противниками режима.
Депутаты осудили «олигархический режим во главе с лидером Демократической партии Владимиром Плахотнюком» за то, что он установил «незаконный и неконституционный контроль над Генеральной прокуратурой, судебной системой, НЦБК, НОН, ЦИК, СИБ, НБМ и другими ведомствами, которые обязаны действовать самостоятельно, независимо от политического фактора и находясь под демократическим контролем».
ДПМ под руководством Плахотнюка была обвинена в том, что она «постоянно действует как тоталитарная партия, незаконно используя государственные средства для продвижения собственных проектов, применяя репрессивные институты, функции и рычаги для запугивания и устранения политических оппонентов, и прибегая к политическому подкупу при помощи различных механизмов шантажа и взяточничества».
«Вследствие такого положения дел Молдова стала одной из самых бедных и уязвимых стран Европы с вызывающим тревогу уровнем депопуляции», – отмечается в декларации.
Парламент выразил вотум недоверия Конституционному суду, руководству Генеральной прокуратуры, Службы информации и безопасности, Центральной избирательной комиссии, Национального центра по борьбе с коррупцией, Совета по телевидению и радио, Высшей судебной палаты.
Предлагалось создать парламентские комиссии по расследованию кражи миллиарда долларов из молдавской банковской системы, последствий применения закона об амнистии капитала, операций по отмыванию денег («Ландромат»).
Авторы декларации призвали «прекратить скатывание страны к диктатуре, строя правовое государство и восстанавливая демократию», «коренным образом немедленно изменить положение дел, вернуть Республику Молдова ее собственным гражданам и доказать нашему народу, что мы служим стране и людям».
Сегодня, спустя четыре года после принятия этой декларации приходится с сожалением констатировать, что Молдова как была, так и остается захваченным государством. Только «захватчик» поменялся. Если тогда это был Плахотнюк и его ДПМ, то сегодня это президент Санду и правящая Партия действия и солидарности (PAS). Если французы живут при Пятой республике, то молдаване – при втором захваченном государстве.
Судите сами. Действующая власть:
= Бесконечно и незаконно, сначала под предлогом борьбы с ковидом, а затем войны в соседнем государстве, продлевает режим чрезвычайного положения.
= Контролирует государственные и правоохранительные органы, судебную систему.
= Вводит цензуру.
= Не только не способна побороть «старую» коррупцию, но и порождает новые коррупционные скандалы, такие, как бесконтрольные секретные схемы по закупке природного газа за счет средств государственного бюджета и иностранных займов.
= Снимает с выборов неугодных конкурентов.
= Преследует, вплоть до полного запрета, оппозиционные политические партии.
= Не сделала ничего для наказания виновных в краже миллиарда и возмещения ущерба, понесенного населением вследствие этой кражи.
= Практикует аресты, преследовании и линчевании посредством СМИ членов и сторонников оппозиции.
= Использует спецслужбы в качестве политической полиции для борьбы с противниками режима.
= Использует государственные средства для продвижения собственных проектов, таких как центр по противодействию дезинформации «Патриот», который окрестили «Министерством правды», и фонд поддержки лояльной прессы.
Все те характеристики, которые даны политическому режиму в декларации парламента о захваченном государстве от 2019 года, полностью подходят и для той системы, которая действует в Молдове сегодня.
В то же время, между этими двумя захваченными государствами есть, по крайней мере, два существенных отличия.
Первое. Плахотнюк преследовал конкретную цель – контролировать государство в личных интересах. Цель Санду непонятна. Интеграция в Европейский Союз, разговорами о которой прикрываются все безобразия власти, – это нечто абстрактное и неопределенное, что-то вроде проекта по отправке первого молдавского космонавта к Солнцу. Вроде, интересная идея, но как, когда и зачем лететь к звезде, непонятно. Что касается личного интереса Санду, то он сводится к тому, чтобы нравится Байдену с Макроном, тусоваться на разных гламурных саммитах, а если получится, то и самой выступить в роли хозяйки одной из таких тусовок.
Второе. Плахотнюк, которого за глаза называли «крестным отцом» молдавского государства, все-таки понимал, как должна работать машина этого государства. Для того, чтобы она работала без сбоев и производила конкретные результаты, Плахотнюк привлекал самых грамотных специалистов в разных областях. Если ту власть и называть «мафиозной», то нужно признать и то, что мафия – она вообще-то по-своему эффективна.
Те, кто сегодня управляют Молдовой, за единичным исключением, инфантильны, неадекватны и совершенно оторваны от реальной жизни. Саму Санду можно сравнить с блондинкой из анекдотов, которой богатенький «папик» подарил дорогую тачку и купил права: в руках руль, под ногами педали, но машина не едет, в лучшем случае дергается, передвигается толчками – то ли бензин не залили, то ли вместо газа жмут на тормоз. Западные партнеры пытаются как-то подталкивать сзади, но толку все равно мало.
Второе захваченное государство времен Санду – то же самое, что первое захваченное государство» времен Плахотнюка. Только хуже.
Санду и PAS приняли эстафету от Плахотнюка и ДПМ и понесли ее дальше. Задача возвращения государства людям сегодня не стала менее актуальной и более легкой, чем когда об этом писал генсек Совета Европы.
Дмитрий Чубашенко