Стагнация или возобновление европейской интеграции могут оказать непосредственное влияние на унионистские проявления в молдавском обществе. Это соображение побуждает пророссийские силы Молдовы сохранить в уравнении европейскую интеграцию, хоть и в качестве элемента сбалансированной внешней политикиУбеждение в том, что реальные возможности для граждан находятся за пределами Молдовы, широко распространено в обществе, и каких-либо признаков того, чтобы оно ослабевало, не наблюдается. Отъезд из страны стал простым и недорогим способом осуществления „не-молдавской мечты”. Разные обстоятельства побуждают жителей Молдовы, независимо от языка, на котором они говорят, и от их этнической принадлежности, выбирать в основном Запад. С одной стороны, причины этого явления, проявляющиеся при столкновении с повседневной рутиной, связаны с низким качеством и ограниченной доступностью предоставляемых государством услуг, а также с чистотой репутации государственного сектора как такового. С другой стороны, заманчивое эхо стандартов жизни в Европе порождает ещё одно серьёзное соображение, способствующее частым отъездам за пределы страны.
Хотя Румыния служит важным средством „транзита” в другие географические пункты назначения, она не является приоритетным направлением миграции из Молдовы. Поначалу румынские пути сообщения нужны были молдавским гражданам для того, чтобы добраться до новых географических пунктов. После расширения числа авиарейсов, выполняемых из Кишинёва, удостоверяющие личность румынские документы служат важным фактором, упрощающим социальное и экономическое перемещение между Молдовой и Европой. Таким образом, обладание румынским паспортом имеет и выраженную материальную ценность, которая пока что более высока, чем ценность паспорта, как символа исторической идентичности. Иными словами, миграция способна делать банальными и ослаблять связи между молдавскими гражданами и румынской идентичностью. В то же время, возможность получения румынских документов в результате коррупционных действий (VICE.ro, 22 января 2020 г.), ставшая предметом недавнего расследования, подчёркивает материалистический подход, стоящий за истинными мотивами сближения с Румынией по политической и гражданской линии.
Последствия миграции
„Унионизм” в Молдове потенциально мог бы пустить более глубокие корни, если бы население самой Румынии не показывало, что румынское государство имеет изъяны, и не прибегало к эмиграции. Тенденции румынской миграции подтверждают наличие в обществе структурной неудовлетворённости, которая не снижается в результате евроатлантической интеграции, ранее рассматриваемой как безусловно эффективная точка притяжения (IPN, апрель 2018 г.). Политические и социально-экономические преобразования внутри страны участвуют в неэффективном состязании с решениями, уже имеющимися за её пределами, в Европе.
Данные, озвученные Организацией по экономическому сотрудничеству и развитию, показывают, что в 2015–2016 годах свыше 3,6 миллиона румын всех возрастов проживали за пределами Румынии. В этих условиях восстановление гражданства населением Молдовы не пополняет демографический бассейн внутри Румынии, а скорее увеличивает размеры „румынской диаспоры”. Ведь новые румынские граждане-уроженцы Молдовы также включаются в региональные миграционные потоки, вместо того, чтобы, к примеру, натурализоваться в Румынии.
Растущая политическая роль румынской диаспоры в рамках протестов против попыток СДП покончить с политикой по борьбе с коррупцией объясняется способностью и политической волей эмигрантов компенсировать и стимулировать гражданское чувство тех, кто остался в стране. Это способствует идее эмиграции и делает ещё более очевидным тот факт, что румынское государство имеет изъяны, способные оказать дополнительное негативное влияние на активность „унионизма” у его восточных границ.
ЕС после Брексита и „унионизм”
Ещё не завершившийся выход Великобритании из ЕС уже порождает реальную возможность углубить и упорядочить интеграцию в континентальной Европе. Треугольник Париж–Берлин–Варшава может определить новую европейскую повестку дня. Несмотря на то, что польское руководство подрывает авторитет европейских институтов, французский лидер Эммануэль Макрон рассчитывает на Польшу (Politico, 4 февраля 2020 г.) в рамках стратегии „делать упор на Восток” после Брексита. Польшу, которая является региональной экономикой, поглощающей миграцию с Востока, с растущим населением (37,8 миллиона) и значительным представительством в Европейском парламенте (52 евродепутата), следует привлекать к участию в европейских делах. Продвижение европейской интеграции с польским участием может оказаться благотворным, если партия „Право и справедливость”, контролируемая Ярославом Качинским, откажется от правоэкстремистских проявлений.
Более активное участие Польши в определении европейских стратегий улучшит отношение к углублению европейской интеграции внутри ЕС и к её внешнему расширению. Отсутствие блокировки расширения ЕС невыгодно сторонникам воссоединения с Румынией, поскольку Молдове и другим ассоциированным с ЕС странам легче претендовать на европейскую перспективу, чем искать способы „срезать путь”. Более того, европейская интеграция дозирует унионистские устремления в молдавском обществе и ни в коей мере их не подавляет.
Опросы показывают, что в 2019 году почти треть населения была бы согласна с воссоединением с Румынией, по сравнению с примерно 20%, о которых сообщалось в 2017 году (IPN, февраль 2018 г.). Такая позиция легко совмещается с проевропейскими устремлениями (58%), доминирующими среди предпочтений. Однако половина населения предпочитает Евразийский союз. Можно заметить, что поляризация общества не снижается из-за стагнации или ухудшения экономических условий и условий управления страной. С этой точки зрения рост унионистских взглядов наталкивается на идеологические препятствия геополитического характера, помимо практических препятствий, вытекающих из узко прагматического подхода к румынской идентичности, ставящего своей целью эмиграцию.
Объединение с Румынией – экзистенциальная альтернатива или осуществимый политический проект
Согласно декларации румынского парламента, единогласно принятой в марте 2018 года, Румыния выступает за потенциальное „органичное” воссоединение с Республикой Молдова. Кроме того, правительство Румынии учредило в январе 2020 года специализированный департамент по молдо-румынским отношениям, ключевые направления работы которого сочетают в себе проблемы идентичности и культуры с инфраструктурными проблемами (EuropaLibera, февраль 2020 г.). Политическое намерение превратить в дальнейшем этот департамент в настоящее „министерство” подтвердит, насколько серьёзно готовится Румыния к потенциальному воссоединению.
Между тем, на левом берегу Прута партии, поддерживающие унионизм, испытывают на прочность избирателей, запуская совместную платформу – Политическое движение Unirea, включающую, однако, лишь пять партий. Взаимное недоверие и ожесточённая конкуренция за политические ресурсы препятствуют созданию единого центра унионистских сил. По этой причине восприятие общественностью воссоединения с Румынией не представлено в процессах принятия решений. Избиратели могли бы внести свой вклад в обеспечение достаточного представительства унионизма в парламенте, если бы от них поступил запрос на единую политическую идентичность вместо двух и более.
Президентские выборы 2020 года рассматриваются в качестве возможности для выдвижения унионистского кандидата (Октавиана Цыку), общественная поддержка которого, однако, уступает популярности Игоря Додона или Майи Санду. Мизерные шансы создать политическую конкуренцию унионистов не пугают. Они стремятся привлечь к себе больше внимания и смешаться с электоральной базой Майи Санду, в которой к унионистской риторике относятся прагматично и сдержанно. Поскольку рискованно задействовать унионизм до тех пор, пока избиратели не видят в нём ни осуществимого политического проекта, ни экзистенциальной альтернативы для Молдовы. Объединение унионистских сил является первым предварительным условием для выдвижения унионизма в качестве заслуживающей доверия национальной идеи. Если в Румынии станет реальностью эффективное управление, а расширение ЕС на Восток заморожено, то население может задуматься об унионистской альтернативе. Снижение эффективности работы молдавских кабминов или геополитическое сближение с Россией также могут привести к усилению унионистского мышления.
Вместо заключения...
„Унионизм” никоим образом не может исчезнуть из общественного мышления в Молдове. Однако он имеет структурные слабости, делающие его неактуальным для большей части населения. Но Румыния может изобрести новые способы привлечения граждан Молдовы, помимо предоставления гражданства в упрощённом порядке. Одним из таких шагов стало бы превращение Румынии в привлекательный рынок труда и публичных услуг для населения Молдовы, уезжающего из Молдовы и не испытывающего интереса к Румынии.
Румынские инвестиции в инфраструктуру Молдовы уменьшают недостатки молдавской государственности. Тем самым снижается восприятие населением воссоединения в качестве экзистенциальной альтернативы. Поэтому увеличение числа способов налаживания молдо-румынских связей может набрать обороты.
Европейская интеграция является полезным решением для ограничения унионизма. Так, 10 лет назад либерализация виз с ЕС рассматривалась, среди прочего, как способ замедлить темпы восстановления румынского гражданства. Стагнация или возобновление европейской интеграции могут оказать непосредственное влияние на унионистские проявления в молдавском обществе. Это соображение побуждает пророссийские силы Молдовы сохранить в уравнении европейскую интеграцию, хоть и в качестве элемента сбалансированной внешней политики.
Дионис Ченуша
Дионис Ченуша является политологом, исследователем в Университете им. Юстуса Либиха в Гисене, выпускником магистратуры по Междисциплинарным политическим исследованиям в Колледже Европы в Варшаве.