Генеральный прокурор Александр Стояногло обнародовал результаты проверки Антикоррупционной прокуратуры и Прокуратуры по борьбе с оргпреступностью. Один из выводов заключается в том, что эти учреждения сами действовали, как организованные преступные группировки, фабриковавшие заказные уголовные дела и попиравшие права человека.В прошлые годы мы, действительно, были свидетелями многочисленных шоу с задержаниями, арестами, уголовными преследованиями и судебными процессами в отношении самых разных политиков, бизнесменов, чиновников и самих правоохранителей. В условиях режима Плахотнюка трудно было разобраться, где на самом деле было нарушение закона, где был политический или коммерческий заказ, а где смесь первого и второго. Один из примеров такого мутного «правосудия» - дело бывшего генерального прокурора Валерия Балабана.
12 июня 2017 года Антикоррупционная прокуратура сообщила о задержании Балабана и еще шести человек, которым были предъявлены обвинения в совершении действий коррупционного характера. Некоторое время задержанные провели под арестом в следственном изоляторе или дома. В вину Балабану вменялось то, что в бытность генеральным прокурором он санкционировал покупку для возглавляемого им учреждения соседнего здания за 9 млн. леев, при том что его стоимость была оценена в 2,5 млн. леев. С учетом денег, потраченных на ремонт здания, общие расходы прокуратуры на этот объект превысили 24 млн. леев. Само здание до сих пор не доведено до ума, и не используется. Обвинение расценило все это, как злоупотребление служебным положением и нанесение ущерба государству. Обвиняемые с этим не соглашались.
27 апреля 2018 года Антикоррупционная прокуратура сообщила, что это уголовное дело передано в суд. С тех пор о нем ничего не слышно. Осудили Балабана и его «группу», оправдали, закрыли дело или продолжают рассматривать, не понятно. Очевидно лишь то, что за этим делом скрывался интерес тех, кто его инициировал, потому что Балабан — не просто бывший генеральный прокурор, он еще и тесть Максима Лебединского, бывшего советника и пресс-секретаря президента Додона, а сегодня секретаря Центральной избирательной комиссии. Было много разговоров о том, что Плахотнюк использовал уголовное дело против Балабана для того, чтобы через него давить на Лебединского и, соответственно, Додона. Правда или нет, неизвестно, но подозрения такие были. В какой-то момент об этом деле перестали говорить, как и о многих других делах, возбужденных прокурорами во времена Плахотнюка. Сначала маски-шоу с задержаниями, шумиха в прессе, а потом тишина. Было ли это дело заказным, или Балабан на самом деле совершил преступление, развалилось ли оно в суде из-за недостатка доказательств или было тихо замято по каким-то тайным политическим мотивам — хотелось бы узнать от официальных структур, что это вообще было. Все-таки не каждый день бывших генпрокуроров арестовывают и судят.
Дмитрий Чубашенко