После критики в адрес Национального органа по неподкупности в связи с различиями в сертификатах о неподкупности, выданных бизнесмену с сомнительной репутацией Илану Шору и Виктору Богатько, хотя обоим вынесен не окончательный приговор по уголовным делам, учреждение выступило с объяснениями.
НОН снимает с себя всю ответственность и утверждает, что данные были взяты от другого государственного учреждения и внесены в сертификаты.Представитель «Нашей партии», примар Рышкан Виктор Богатько, который хочет бороться за депутатский мандат, обвинил НОН в дискриминационном отношении к кандидатам. Он указал, что учреждение написало в его сертификате о неподкупности, что «он был осужден по ст. 2 Уголовного кодекса». Богатько говорит, что это решение первой инстанции не является окончательным, дело находится на рассмотрении в Апелляционной палате Бельц, как и дело Илана Шора, который также был осужден первой инстанцией, но в сертификате Шора нет никаких указаний на запрет занимать публичные должности.
НОН в своем ответе ссылается на Национальную инспекцию по пробации
Национальный орган по вопросам неподкупности утверждает, что данные, введенные в сертификаты о неподкупности, касающиеся запрета занимать определенные публичные должности в течение определенного периода, взяты в Национальной инспекции по пробации без изменений. Таким образом, НОН признает, что в двух похожих ситуациях два заявителя получили сертификаты разного содержания, но снимает с себя вину за это.«Это информация, которую мы получаем от Национальной инспекции по пробации. Как мы получаем эту информацию, так мы включаем ее в сертификат. Мы работаем с документами, с установленными фактами, мы ничего не придумываем», – объяснил Виктор Молошаг.
Национальная инспекция по пробации: «в пределах имеющейся информации»
Директор Национальной инспекции по пробации Андрей Яворский не смог дать больше разъяснений по этому вопросу. Он сказал только, что учреждение предоставляет полный спектр информации об ограничениях «в пределах имеющейся информации». О конкретных кандидатах заявил, что не может ничего сказать, поскольку существуют установленные законом ограничения, касающиеся защиты персональных данных. «У нас много запросов каждый день, и мы не рассматриваем их по именам, а по темам, то есть мы не занимаемся политикой», – добавил он.