Маноли огласила и цифры. Согласно ее бухгалтерии, число обращений в КС в 2020 году – 227, в 2021-м – 293. На основании чего судья заключила, что объем работы вырос в восемь раз.
Мы народ простой, но арифметику, слава Богу, знаем. Кое-что в юриспруденции тоже понимаем. А потому давайте разбираться, что произошло в КС на самом деле.
Конституционный суд начал свою деятельность 18 марта 1995 года, когда было принято первое постановление. В 1995-2015 годах ежегодно КС принимал по 25-45 постановлений и решений.
Но начиная с 2016 года количество дел стало резко расти: в 2016-м - 140, в 2017-м - 173, в 2018-м - 205, в 2019-м - 187, в 2020-м – 200, в 2021-м - 231.
Теперь обратите внимание на цифры мадам Маноли. Она утверждает, что в 2020-м рассмотрено 227 обращений, а в 2021-м - 293.
Первое замечание. Считать следует не количество зарегистрированных обращений, а количество фактически рассмотренных, по которым были приняты решения/постановления. За подобные приписки, да еще на таком уровне, полагается держать ответ.
Второе замечание. Тот факт, что начиная с 2016 года резко - в 4-5 раз - увеличилось количество официально принятых КС решений, явно говорит о качестве работы парламента. Уже демократического парламента! Ведь в основном оспаривали законы и постановления, принятые демократическим парламентом. То есть налицо брак в работе законодательного органа.
Понятно, что парламентарии по закону не отвечают за свой явный брак. Но ведь магистры КС могли бы, на основании анализа обращений и принятых постановлений/решений, ежегодно подготовить аналитические доклады обществу о своей работе и представлять их на рассмотрение парламенту для принятия адекватных мер. Иначе и утроения количества штатных единиц КС не хватит, чтобы прекратить поток парламентского брака. А ведь этот брак передается правительству и другим госорганам. То есть в скором будущем мадам Маноли, естественно, будет снова просить увеличения штата.
Третье замечание. На основании закона №797/1996 о регламенте парламента (ст.111) парламент и секретариат парламента обязаны контролировать исполнение законов для определения, как сказано в законе, эффективности его действия. Это требование парламент и его секретариат не исполняют годами. И какой-либо статьи в УК об ответственности за это нет.
Таким образом, часть брака парламента, недееспособные законы и принятые на их основе подзаконные акты, рождают массу нарушений, в том числе те, которые доходят до судов и КС.
Четвертое замечание. Согласно закону №100/2017 о нормативных актах (ст.75), с интервалом не более чем в два года должен быть осуществлен мониторинг исполнения всех действующих нормативных актов - от законов и постановлений парламента до постановлений правительства, НБМ, решений НКФР и заканчивая нормативными актами центральных и местных органов власти.
Мониторинг должны были проводить для сверки применения, исполнения нормативных актов, а также для выявления отрицательных последствий и выработки рекомендаций. На основании механизмов мониторинга, утвержденных правительством и двумя методологиями, разработанными НБМ и НКФР и утвержденными парламентом. С 2017 года прошло более четырех лет, однако методологии и механизмов мониторинга нет.
То есть никто не ведет контроль исполнения всех категорий нормативных актов. В этой ситуации грех не нарушать.
Замечание пятое. До 2016 года генпрокуратура на основании ст.124 Конституции была обязана осуществлять надзор за исполнением всех законов. И это было правильно: помимо парламентского и правительственного контроля исполнения законов, существовал и прокурорский надзор. Но в феврале 2016 года был принят закон о прокуратуре №3/2016, в который «забыли» вписать требование Конституции об основной роли ГП – надзоре за исполнением законов.
Вспомнили об этом в ноябре 2016 года и, в молдавском стиле, исключили прокурорский надзор и из Конституции. Так сказать, привели Основной закон в соответствие с органическим!
Все вышеизложенное и есть результат общенациональной беды. И никакие «умные» реформы никогда не дадут реальных позитивных результатов, пока не будут элементарно исполнять законы, пока не будет задействован механизм принуждения к их исполнению. А за нарушение, за безответственность, в первую очередь, руководящего состава трех ветвей власти, нынешние руководители в качестве правопреемников должны ответить и навести порядок в своих конторах. И в обязательном порядке, организовать и провести не только фиктивный финансовый, но всесторонний иной аудит деятельности всех органов власти. Начинать следует с парламента, правительства, президентуры, Конституционного суда и Счетной палаты.
Думитру БАРБАЛАТ