Последние события вокруг газового контракта между Молдовой и Россией показывают, что политика официального Кишинёва управляется во многом, если не во всём, коллективным Западом.Да и сам Запад в лице ЕС пока предпочитает замёрзнуть, но не закупать газ у России. В выигрыше – американцы. Они толкают, как всегда, аморфных и зомбированных мантрами о «демократии», «энергетической независимости», «зелёной повестке» европейских либералов на амбразуру геополитического противоборства. Проиграв фактически бой с Москвой по поставкам сжиженного газа из Нового Света вместо традиционного российского природного по проверенным трубам, американцы действуют по принципу «сам не гам, и другому не дам!
В наибольшей степени это проявляется вокруг закупок газа Молдовой. Стоило Кишинёву включиться в хор голосов, нападающих на Россию (саммит «ассоциированного трио» в Батуми летом этого года, а также постоянные требования вывода российских войск из Приднестровья), как газ стал «тянуть» для РМ на 790 долларов. Это трагедия для народа Молдовы, но не повод для прозападной власти Кишинёва изменить или, хотя бы скорректировать, внешнюю политику. В последние дни власти РМ направляли своих эмиссаров в Киев, чтобы, среди прочего, обсудить так называемое «приднестровское урегулирование». Говорили про благотворную роль газопровода «Яссы-Унгены-Кишинёв», который, разумеется, не может спасти Молдову, но отвечает декларациям о сближении Молдовы с Румынией. Делегировали представителей в Польшу, хотя она никак не может снабдить Молдову «голубым топливом».
И только с руководителем «Газпрома» Алексеем Миллером посланцы прозападной и прорумынской власти встретиться не смогли. А заодно попытка пригласить в Кишинёв заместителя главы администрации президента России Дмитрия Козака также не удалась. В Москве дали понять, что таковой визит в планах автора известного Меморандума не значится. Пришлось направлять ответственного чиновника, который, кстати, не занимается по профилю своей работы газовыми проблемами, в Москву. Рискнём предположить, что сдержанность российской стороны в контактах с Кишинёвом объясняется следующими причинами. В России раздражены тем, что, несмотря на очевидные проблемы с газовым контрактом (а 790 долларов – это ситуативное, «октябрьское» решение, тогда как цена за газ для стран Европы перевалила за «штуку» баксов, а иной раз добиралась и до двух, официальный Кишинёв всё равно идёт в фарватере политики Запада.
Разговоры о «газовом шантаже» со стороны России смотрятся смешно на фоне более острых разговоров Кишинёва и Запада о «кремлёвской экспансии», «сепаратистах на Днестре», «полном и безоговорочном выводе российских войск из восточных районов РМ» и т.п. В кабинетах власти Кишинёва словно не хотят понимать, что Кремль, МИД и силовые ведомства России невооружённым взглядом видят подконтрольность решений действующей власти РМ западникам. Для Москвы это неприемлемо.
Исходя из той же подконтрольности кишинёвской политики Западу, россияне осознают, что внешне беспорядочные и не особо результативные метания кишинёвских чиновников по миру в соответствии с подходом «покупать газ где угодно и по какой угодно цене, лишь бы не у русских» диктуются перед правыми политиками Молдовы западной задачей: газ должен поступать в Молдову со стороны Румынии, чтобы заставить капитулировать Приднестровье. Тем самым западные кукловоды желают, с одной стороны, выбить из рук приднестровцев козырь прямых газовых поставок из России, когда никто, кроме Москвы и Тирасполя, не участвует в определении объёма поставок и платежей за них. Задача США, ЕС и Румынии – руками Кишинёва заставить Приднестровье покупать газ (неважно, чей он будет в действительности) и платить за него властям РМ или коммерческим структурам, контролируемым этими же самыми властями. При таком варианте Тирасполю, полагают в западных столицах, придётся сдаться и согласиться на вывод российских войск из ПМР и вернуться под контроль Кишинёва.
Однако власти РМ, возможно, чувствуют себя в газовом вопросе недостаточно уверенно. Майя Санду, в отличие от своих предшественников, демонстративно устранилась от участия в переговорах по газу. По её мнению, это проблема соответствующих коммерческих структур. Но все понимают, что газ для Молдовы – это однозначно и политическая проблема. И её игнорирование никого не введёт в заблуждение. А когда дошло до дела, для диалога с Тирасполем была делегирована премьер-министр РМ Наталья Гаврилица (сама родом из приднестровских Малаешт).
В итоге ситуацию при участии приднестровской стороны удалось сдвинуть с мёртвой точки, хотя и временно. Для Приднестровья обстановка тревожная, но не катастрофическая. Один из кишинёвских медийщиков так описал внеочередное собрание акционеров молдо-российского АО «Молдовагаз». Акционеры проголосовали за продолжение поставок газа в Приднестровье без обязательства их оплаты. Акционером в лице представителя государства были также утверждены цена и объем поставок на октябрь. Всего, в октябре в Молдову будут поставлены 176,7 млн куб.м газа, из которых 122,87 млн куб.м – для Приднестровья. Утвержденная на октябрь цена выглядит несколько иначе: «790 – 800 долл. за 1000 куб.м с учетом калорийности, которая определится по итогам месяца». Если исходить из указанного описания, то «цена» составила 140 миллионов долларов только за октябрь. Из них, более 98 миллионов окажутся в Приднестровье.
А за это мы все – молдавские потребители электричества – еще и заплатим находящейся в Приднестровье Молдавской ГРЭС в виде оплаты за электричество.
Я привожу данный момент исключительно для того, чтобы все интересующиеся этим вопросом, наконец, поняли: Россия не собирается ни «сливать» Приднестровье, ни оставлять своего фактического союзника без газа, ни вести пустые разговоры о всяких выводах войск и вывозах боеприпасах. Ну, может быть, для вида – пару-тройку фраз… Если всё это учитывать, тогда молдо-российские переговоры по газу пойдут в деловом и конструктивном ключе, не омрачаясь обсуждением не имеющих к газовому вопросу проблем. Но вот вопрос: дадут ли западники Кишинёву действовать в интересах самой Молдовы или продолжат использовать страну в целях противоборства с Россией?
Андрей Сафонов, политолог