Памятник Котовскому сошел с пьедестала и, изваяние, гулко цокая, отправилось по разбитым тротуарам по направлению к центру города.
- Товарищи, не подскажете, где найти Михая Гимпу? – любезно обратился Григорий Иванович к изумленным прохожим.
Люди с радостным испугом указывали в сторону, ведущую к зданию парламента.
- Спасибо, - величаво кивнул Котовский, дотрагиваясь до висящей сбоку сабли.
… Михай Теодорович, спокойно попивавший кофе в парламентском буфете, не сразу понял причину паники, охватившей высокое законодательное собрание.
- Там это… ищут вас, домнул Гимпу, - в конце концов решился сообщить неприятную новость кто-то из коллег-депутатов.
- Кто?
- Ко… Котовский…
Михай Теодорович и сам уже услышал громовой, нечеловеческий голос.
- Эй ты, Гимпу! Выходи, объясни мне, кого это ты бандитом обозвал?!
Не помня себя от ужаса, Михай Теодорович залез под стол.
- Выходи, говорю, а то хуже будет! – гремел голос.
Затем Гимпу услышал, как тяжело и медленно приближались к нему шаги громадной лошади. Он зажмурился и перестал дышать. Но чья-то каменная длань за шкирку вытащила его из-под стола.
- Так это ты меня бандитом назвал? – негромко, почти ласково, но так, что посыпались стекла, спросил тот, кого еще несколько часов назад храбрый либерал обещал снести с постамента.
- Это я не вас, Григорий Иванович… - залепетал Гимпу, - это – другой, который бандит, который Котовский… который памятник…
- Ну смотри. Еще раз что дурное про меня скажешь – так просто не отделаешься.
И Григорий Иванович неторопливо направился к своему постаменту. А Михай Теодорович отправился в туалет. Встреча с каменным гостем произвела на него неизгладимое впечатление.