– Плахотнюк думает, что, если он избавится от Додона, некому будет подписывать указы, а следующим будет Филип, который заблокирует абсолютно все. У них есть три варианта, как избавиться от меня. Первый: попытка ареста – то, чем сейчас занимается Генеральная прокуратура, Шор, остальные, которые пишут на меня в прокуратуру, но, согласно закону, они не имеют права снять иммунитет с президента, кроме как голосованием в парламенте – 2/3 голосов. И поэтому они могут пойти, как говорят русские, “по беспределу”.
Второй вариант – шантаж семьи. Уже есть сообщения о том, что арестуют мою семью, детей, если я не напишу заявление об отставке по личным обстоятельствам. Или они надеются, что я возьму семью и сбегу из страны. Хочу предупредить их, что не будет никакой уступки, вне зависимости от всей грязи, шантажа и давления, я буду стоять до конца. Не трогайте мою семью, господин Плахотнюк. Я никогда не прощу вчерашних слез моей жены. Не трогайте детей, семью! Я никогда себе подобного не позволял.
И третий вариант – физическое устранение, и они рассматривают и этот сценарий. Я никого не хочу пугать. Я говорю обо всем осознанно, потому что я знаю, с кем мы имеем дело, – сказал он. Несмотря на это, глава государства вновь повторил, что он не сдастся и не уступит. В то же время президент отметил, что и он, и новое парламентское большинство и правительство, как никогда, нуждаются в поддержке граждан.
– Нам нужны ваши заявления – примэрии, НПО, профсоюзы, патронаты, спортсмены. Выступайте с заявлениями в поддержку легитимного правительства. Выйдем или нет мы на улицу – зависит от нашего общего решения. Но мы должны быть очень и очень внимательными. Они вчера вытащили около 5 тысяч и сказали, что было 30 тысяч, если и мы вытащим около 20 тысяч, столкнем людей лбами, кто-то что-то кинет, и польется кровь. Не выходите пока на улицы. Когда мы скажем – выйдем все вместе. Я уверен, что по первому призыву 100 тысяч человек выйдут. Не поддавайтесь на провокации. Примэрии, местные, муниципальные, районные советы, выходите с заявлениями. Мы должны идти до конца! – подытожил он.