Эдуард Варзарь, которого назначили докладчиком по вопросу о назначении нового члена комиссии, напомнил, что 2 декабря из комиссии исключили прокурора из Румынии Марьяну Александру. Это пришлось сделать потому, что генпрокурор Румынии Габриела Скутя сообщила Совету, что работающий в Румынии прокурор не может участвовать в работе такой комиссии за рубежом. Скутя объяснила это, в том числе, разницей в законодательстве двух стран. Однако найти нового кандидата в комиссию к заседанию 8 декабря не удалось.
Как пояснил Варзарь, он обсудил этот вопрос с несколькими кандидатами, но до сих пор не получил от них согласия на то, чтобы их делегировали в комиссию. Также он предложил остальным членам Совета предложить своих кандидатов, если они получили их согласие на работу в комиссии. Однако, других предложений не поступило. Поэтому члены Совета решили обсудить этот же вопрос на другом заседании.
Напомним, комиссию, которая проводит аудит работы Стояногло, создали по запросу президента Майи Санду. Санду мотивировала это тем, что репутация прокуратуры скомпрометирована из-за отсутствия ощутимого результата в борьбе с коррупцией.
Как выяснил NM c 23 ноября по 3 декабря состоялось не менее двух заседаний комиссии. Ее председателем выбрали экс-судью Апелляционной палаты Кишинева Лидию Булгак, а секретарем адвоката Анжелу Попил. Кроме них, напомним, в комиссию входят еще два человека — Драго Кос (представляет президента Майю Санду) и адвокат Ион Матушенко (представляет Александра Стояногло).
«Как меня могут заслушать, если у меня нет доступа ни к каким материалам. Я рассчитывал, что мне изменят меру пресечения, [3 декабря суд продлил Стояногло домашний арест] я приду в прокуратуру и попрошу нужные мне документы. Я же не могу все держать у себя в голове. Через своего представителя я попросил, чтобы они [комиссия] запросили какие-то материалы, но, к сожалению, пока нет никакого движения», —сообщил Стояногло.
В комиссии планировали 9 декабря заслушать Стояногло. При этом Стояногло в комментарии NM рассказал, что находясь под домашним арестом, «не может полноценно реализовать свое право на защиту»