«Всем известно о моих сложных отношениях к Игорю Додону.
Но то, о чем я хочу сегодня сказать, лишь в малой степени связано с конкретной личностью. Речь идет об институте высшей власти в государстве – Институте Президентства.
Что бы ни совершил человек, занимавший пост главы государства, – а вину и ее степень еще надо доказать в ходе открытого соревновательного судебного процесса, – он по определению не может становиться объектом самодеятельного «маски-шоу» и телевизионной юстиции.
Никто, включая меня, не понимает, что это за нелепое обвинение в «государственной измене». В чем она заключается? В контактах с представителями руководства Российской Федерации? Лидерами стран, входящих в состав СНГ? Все это чушь!
Нынешние правители с румынскими паспортами даже не пытаются скрывать своих унионистских наклонностей. Все эти, не имеющие прецедентов, совместные заседания правительств, парламентов Молдовы и Румынии; все эти заявления высших руководителей суверенной Молдовы о готовности проголосовать за объединение на референдуме.
Вся эта политика коленопреклонения перед Бухарестом – разве вкупе это не есть предательство Родины? Ведь желать ликвидации собственной независимой страны, пусть и в угоду неким «национальным идеалам» – это и есть государственная измена. И под эту статью Уголовного Кодекса РМ подпадают сегодня практически все чиновники высшего ранга из правящей партии PAS во главе с так называемым Президентом.
Но обвиняют в этом Игоря Додона, который, насколько мне помнится, таких поводов в период пребывания на президентском посту не давал.
Но речь, повторюсь, даже не конкретно о Додоне. Речь об институте президентской власти, авторитет которого действующие власти унизили и растоптали, устроив публичную телевизионную экзекуцию человеку, занимавшему высший государственный пост.
Этот человек не давал повода усомниться в готовности сотрудничать со следствием. Он не убежал и не намеревался сбежать из страны. Он не представляет угрозы обществу. Неужели без ареста и наручников невозможно было обойтись? Неужели судебного контроля было недостаточно? О каком уважении к институтам государственной власти может идти речь, если гражданина, который на протяжении четырех лет исполнял мандат всенародно избранного президента, вывели под конвоем и поместили в следственный изолятор?
Еще более унизительным для института президентской власти является то, что – по всеобщему мнению – это произошло в соответствии с политическим заказом, поступившим от ныне действующего главы государства. Я, откровенно говоря, тоже в этом убежден. И если это так, если это, как любят выражаться наши прокуроры, «обоснованные подозрения», это страшный удар по системе государственной власти и ее авторитету. Использовать захваченные по беспределу органы юстиции для сведения счетов – что может быть мелочнее, что может быть подлее, что может быть опаснее?
На наших глазах создается тревожный и антиконституционный прецедент использования власти в целях личной мести. Более мерзкого, гадкого, унизительного прецедента в Молдове еще не было.
И поэтому выступление против лживой, некомпетентной, мстительной, мелочной, склонной к правовому нигилизму власти – это протест не против уголовного преследования конкретного человека, а за возвращение страны в правовое и конституционное поле, за возвращение институтам государственной власти авторитета и общественного уважения. Без этого правового государства нам не построить», — сказал Воронин.
Но то, о чем я хочу сегодня сказать, лишь в малой степени связано с конкретной личностью. Речь идет об институте высшей власти в государстве – Институте Президентства.
Что бы ни совершил человек, занимавший пост главы государства, – а вину и ее степень еще надо доказать в ходе открытого соревновательного судебного процесса, – он по определению не может становиться объектом самодеятельного «маски-шоу» и телевизионной юстиции.
Никто, включая меня, не понимает, что это за нелепое обвинение в «государственной измене». В чем она заключается? В контактах с представителями руководства Российской Федерации? Лидерами стран, входящих в состав СНГ? Все это чушь!
Нынешние правители с румынскими паспортами даже не пытаются скрывать своих унионистских наклонностей. Все эти, не имеющие прецедентов, совместные заседания правительств, парламентов Молдовы и Румынии; все эти заявления высших руководителей суверенной Молдовы о готовности проголосовать за объединение на референдуме.
Вся эта политика коленопреклонения перед Бухарестом – разве вкупе это не есть предательство Родины? Ведь желать ликвидации собственной независимой страны, пусть и в угоду неким «национальным идеалам» – это и есть государственная измена. И под эту статью Уголовного Кодекса РМ подпадают сегодня практически все чиновники высшего ранга из правящей партии PAS во главе с так называемым Президентом.
Но обвиняют в этом Игоря Додона, который, насколько мне помнится, таких поводов в период пребывания на президентском посту не давал.
Но речь, повторюсь, даже не конкретно о Додоне. Речь об институте президентской власти, авторитет которого действующие власти унизили и растоптали, устроив публичную телевизионную экзекуцию человеку, занимавшему высший государственный пост.
Этот человек не давал повода усомниться в готовности сотрудничать со следствием. Он не убежал и не намеревался сбежать из страны. Он не представляет угрозы обществу. Неужели без ареста и наручников невозможно было обойтись? Неужели судебного контроля было недостаточно? О каком уважении к институтам государственной власти может идти речь, если гражданина, который на протяжении четырех лет исполнял мандат всенародно избранного президента, вывели под конвоем и поместили в следственный изолятор?
Еще более унизительным для института президентской власти является то, что – по всеобщему мнению – это произошло в соответствии с политическим заказом, поступившим от ныне действующего главы государства. Я, откровенно говоря, тоже в этом убежден. И если это так, если это, как любят выражаться наши прокуроры, «обоснованные подозрения», это страшный удар по системе государственной власти и ее авторитету. Использовать захваченные по беспределу органы юстиции для сведения счетов – что может быть мелочнее, что может быть подлее, что может быть опаснее?
На наших глазах создается тревожный и антиконституционный прецедент использования власти в целях личной мести. Более мерзкого, гадкого, унизительного прецедента в Молдове еще не было.
И поэтому выступление против лживой, некомпетентной, мстительной, мелочной, склонной к правовому нигилизму власти – это протест не против уголовного преследования конкретного человека, а за возвращение страны в правовое и конституционное поле, за возвращение институтам государственной власти авторитета и общественного уважения. Без этого правового государства нам не построить», — сказал Воронин.