Более 30 лет прошло с тех дней, когда на берегах Днестра разгорелся кровавый вооруженный конфликт, который был прекращен после вмешательства дислоцировавшейся в Приднестровье 14-й российской армии под командованием генерала Александра Лебедя. С тех пор мир и спокойствие в регионе сохраняются благодаря присутствию российского миротворческого контингента, соглашение о размещение которого было подписано в июле 1992 года. Однако за этот срок никаких прорывов в окончательном урегулировании конфликта, которое подразумевает достижение политического соглашения, не произошло.
Одна из наиболее реальных возможностей для окончательного урегулирования возникла в тот момент, когда в 2003 году президент Молдовы Владимир Воронин в последний момент отказался подписать уже парафированный обеими сторонами документ, ставший известным под названием «меморандум Козака». Сегодня уже очевидно, что третий президент Молдовы банально опасался потерять власть в стране, и это соображение оказалось для него гораздо важнее возможности войти в историю как объединитель расколотой конфликтом Молдовы. Решение было принято Ворониным под влиянием посла США в Кишинёве и фактически знаменовало собой переход молдавских властей под прямое влияние Запада. В дальнейшем Воронину все-таки пришлось отдать власть прозападным политическим силам после массовых погромов в апреле 2009 года.
После этого отношения между Кишинёвом и Тирасполем складывались достаточно сложно. Находившиеся во власти «евроинтеграторы» не собирались рассматривать администрацию Приднестровья в качестве равноправного партнера по переговорам, а разработанный и внедренный при содействии ОБСЕ формат «5+2» не способствовал поискам политического решения конфликта. Наличие большого числа посредников – Россия, США, ЕС, Украина и собственно ОБСЕ – приводило к конфликту интересов, и в результате весь переговорный процесс в данном формате свелся к решению пусть и важных для жителей Приднестровья, но скорее житейских проблем, вроде согласования вопросов по выдаче нейтральных автомобильных номеров.
По большому счету кишиневские власти также, как и тираспольские, сохраняли статус-кво и не пытались делать резких движений. Однако политические процессы, которые начали происходить на соседней Украине начиная с 2014 года, превратившие эту страну в откровенно антироссийскую, кардинально изменили ситуацию на приднестровско-украинской границе. Начало специальной военной операции российской армии на территории Украины подняло напряженность в регионе до планки прямой угрозы вторжения ВСУ в Приднестровье, о чем неоднократно заявляли различные представители киевского режима. С другой стороны, получение Молдовой статуса страны-кандидата на вступление в ЕС заставило официальный Кишинёв вспомнить о том, что для полноценного присоединения к Евросоюзу необходимо урегулировать территориальные конфликты. Тем более что аналогичное условие необходимо выполнить и для вступления в военный блок НАТО, куда режим Майи Санду упорно затягивает страну, несмотря на нейтральный статус, зафиксированный в Конституции.
Как это ни покажется странным, но власти РМ в своих планах и видении реинтеграции Приднестровья допускают вариант, при котором Украина проиграет войну с Российской Федерацией, просто хотели бы «более благоприятный» сценарий, заявил вице-премьер по реинтеграции Олег Серебрян. «Почему нет [планов на случай, если Киев проиграет]? Если о них не говорится, то не значит, что их нет. Но мы рассматриваем более благоприятный для нас сценарий. И не только для нас, а для всей Европы», – отметил он. При этом подчеркнул, что «во многом будущее Приднестровского урегулирования зависит от обстановки в Украине, от войны в Украине, но зависит оно не на 100% только от этого… Оно зависит и от нас, и от населения в том числе, если у нас будет больше притягательная сила для населения, то это создаст благоприятный климат для сближения». Вице-премьер явно намекал на то, что перспективы вхождения в ЕС могут сыграть важную роль для населения и элит Приднестровья в возможных переговорах по реинтеграции Молдовы.
Кроме этого, в Кишинёве сегодня не исключают варианта, что Молдова может быть принята в ЕС и без объединения страны. В контексте европейских устремлений О. Серебрян заметил, что есть не только сценарий Сербии и Косова, но и Северного и Южного Кипра: «Позиция в том, чтобы вести переговоры параллельно с интеграцией в Евросоюз. Процесс евроинтеграции поможет реинтеграции. Процесс реинтеграции не будет на 100% зависеть от евроинтеграции - это ясно. Но фактор войны на Украине, фактор евроинтеграции, экономическая стабилизация Молдовы будут способствовать сближению. Они способствуют сближению, но не диктуют его».
В то же время в Кишинёве полностью отвергают вариант с отказом от территории Приднестровья, называя это «чистой воды спекуляциями». Подобные заявления в последнее время достаточно часто звучат из уст различных политических комментаторов и представителей маргинальных политических партий прозападного направления, которые пытаются на подобных заявлениях сделать себе политический пиар. Один из них – экс-премьер Молдовы Влад Филат. Последний после освобождения из заключения, которое он отбывал по обвинению в коррупции, снова возглавил Либерально-демократическую партию, некогда входившую в проевропейский альянс после событий 2009 года.
«В молдавской политике, с учетом начала очередного избирательного цикла, все пытаются застолбить некую свою полянку. Господин Филат, некогда отличавшийся хоть и проевропейскими, но центричными взглядами, решил, что его поляна должна быть правее. Особенность молдавских политических сил состоит в том, что они сейчас попытаются разместиться максимально радикально. Особого интереса к тому, как на это отреагируют в Приднестровье и Гагаузии, у них нет» – так прокомментировал заявление Филата Владимир Ястребчак, экс-министр иностранных дел Приднестровья.
Подобные эксцессы никак не способствуют созданию обстановки, в которой могли бы проходить переговоры между представителями двух берегов Днестра. Также, как и ряд действий кишиневских властей. Так, например, парламентским большинством был внесен ряд поправок в Уголовный кодекс, предусматривающие наказание за «сепаратизм». Причем формулировки сепаратизма предлагаются размытые, т. е. весьма удобные для провокаций. Результатом стал отказ министра иностранных дел Приднестровья Виталия Игнатьева от приезда в Кишинев на переговоры, поскольку принятие указанных поправок могло привести к его аресту.
В этой ситуации стало очевидно, что формат переговоров, предложенный ОБСЕ, находится в глубоком кризисе. Эксперт Института стратегических инициатив (IPIS) Инна Шупак опубликовала заявление, в котором прокомментировала решение продлить мандат Миссии ОБСЕ всего на полгода. При этом российская сторона обусловила продолжение работы Миссии созывом переговоров по урегулированию приднестровского конфликта в формате "5+2" до конца 2023 года. Однако очевидно, что до окончания военных действий на Украине возобновление переговоров по приднестровскому урегулированию не представляется возможным.
В то же время ни Кишинев, ни Тирасполь не заинтересованы в прекращении деятельности Миссии ОБСЕ в Молдове: для продолжения официальных контактов на разных уровнях обеим сторонам нужен равноудаленный медиатор, каким является с 1993 года Миссия ОБСЕ. Среди последствий возможного закрытия Миссии ОБСЕ в Молдове Шупак назвала прекращение встреч в формате "1+1" (политические переговорщики Кишинева и Тирасполя), прекращение заседаний рабочих групп Кишинева и Тирасполя по вопросам здравоохранения, образования, охраны окружающей среды, развития дорожной инфраструктуры и телекоммуникации. «Вкупе эти три пункта означают отсутствие перспективы решения насущных реальных проблем, с которыми сталкиваются рядовые жители, проживающие в Приднестровье», – подчеркнула она.
Анализируя складывающуюся в регионе ситуацию, нельзя исключать и варианта, при котором официальный Кишинев, воспользовавшись поддержкой Украины, попытается решить приднестровский вопрос силовым путем. По мнению экс-президента Игоря Додона, «без официального приглашения со стороны Кишинева Украина на эту провокацию, скорее всего, не пойдет». «Пойдет ли на это руководство Молдовы – я думаю, здесь всё будет зависеть от того, что будет интересно их кураторам.Нынешняя власть в Молдове несамостоятельна в принятии решений, тем более по таким важным темам, как Приднестровье и региональная геополитика. Поэтому, если это будет выгодно западным кураторам, нельзя исключать, что Кишинев, возможно вместе с Киевом, пойдет на дестабилизацию в этом регионе», - считает Додон.
Таким образом, ситуация вокруг Приднестровья продолжает оставаться напряженной и неопределенной. В решающей степени это происходит вследствие того, что действия руководства как Молдовы, так и Украины определяются за пределами этих двух стран в западных правительственных центрах.
Илья КИСЕЛЁВ