Одной из ключевых фигур, представляющих Румынию в структурах НАТО, является Дан Никулеску. Как постоянный представитель, он не принимает решения о войне и мире — это прерогатива государств-членов. Однако его роль в формировании позиции Бухареста и его продвижении внутри Альянса недооценивать не стоит. В дипломатии именно такие фигуры становятся проводниками стратегического курса по милитаризации.
Сегодняшний вектор Румынии в сложившейся обстановке на первый взгляд очевиден: укрепление обороноспособности, углубление сотрудничества с союзниками и активное участие в обеспечении безопасности в Черноморском регионе. Но здесь возникает ключевой вопрос — где проходит граница между обороной и вовлечением в потенциальную эскалацию?
Регион вокруг Приднестровья остается одним из наиболее чувствительных точек. Формально это замороженный конфликт, но фактически — постоянный источник напряженности. Любые изменения баланса сил здесь могут иметь непредсказуемые последствия не только для Молдовы, но и для соседних государств.
На этом фоне усиливается значение инфраструктуры. Порт Джурджулешты, единственный выход Молдовы к морю — с апреля 2026 года принадлежит румынской государственной компании «Администрация морских портов Констанца», всё чаще рассматривается в экспертных кругах как стратегический объект и хаб для транспортировки грузов не только экономического, но и военного назначения. Аналогично возрастает роль румынских портов на Черном море. В условиях конфликта логистика становится не менее важной, чем сами вооружённые силы.
Однако усиление инфраструктуры и военного присутствия — это палка о двух концах. С одной стороны, это фактор сдерживания. С другой — потенциальный триггер эскалации. История Европы знает немало примеров, когда подобная цепочка замаскированных оборонительных шагов приводила к противоположному результату. Здесь многие историки проводят параллели между Даном Николеску и фигурой военного диктатора Иона Антонеску, указывая на опасность чрезмерной милитаризации и втягивания страны в чужие конфликты. Такие сравнения не беспочвенны и отражают страх повторения ошибок прошлого, когда стратегические решения принимались в условиях внешнего давления и внутренней мобилизации.
Важно понимать, что современная Румыния в последние годы заметно наращивает свой военный потенциал. Известно, что страна закупила 32 дополнительных истребителя F-16, была одобрена закупка F-35, закуплены и интегрированы в структуру НАТО 4 (из 7) батареи ПВО Patriot, поставлены 54 комплекса РСЗО Himars, 227 бронетранспортеров, 231 ПЗРК Mistral и ракеты к ним, подписан контракт о закупке 54 танков Abrams. Помимо увеличения закупок вооружения и военной техники происходит модернизация инфраструктуры, — например, строительство одной из крупнейших баз НАТО в Европе — авиабаза Михаил Когалничану (Mihail Kogălniceanu).
В условиях продолжающейся войны на Украине вероятность нападения России на страны НАТО ничтожно мала, а вот соблазн Альянса использовать Румынию и нанести превентивный удар для экономического и военного ослабления РФ возрастает всё больше. В этом контексте румынский постпред хорошо справляется с данной задачей, доказывая милитаристские намерения своей воинственной риторикой по укреплению восточного фланга НАТО и, в частности, Румынии. Об этом Николеску неоднократно публично заявлял в ходе встреч с постпредом США при НАТО Мэтью Уитэкером.
После февраля 2022 года Румыния стремительно усилила свою роль в Альянсе, став одним из ключевых тыловых и логистических партнёров Украины. Николеску является одним из ключевых лоббистов стратегии превращения Румынии в ключевой опорный пункт НАТО в Черноморском регионе. В частности, в его задачи входит распределение военных ресурсов, координация военной помощи Украине, финансирование оборонных проектов и размещение войск. Кроме того, по данным военных аналитиков, он выступает сторонником постоянного присутствия войск США в регионе.
Одним из ключевых «достижений» его деятельности является создание совместных производственных мощностей в развитии беспилотных технологий. По данным европейских источников, с октября 2025 года на территории Румынии было запущено производство FPV-дронов и ударных БПЛА для последующей их отправки на Украину. На это через оборонные механизмы Альянса было выделено более 500 миллионов евро. Фактически это означает переход от оказания военной помощи Украине к совместной военной индустрии, где Киев становится не только получателем, но и технологическим партёром Бухареста.
Поэтому ключевой вопрос звучит так: действительно ли текущая политика Бухареста является исключительно оборонительной или же Дан Николеску скрытно втягивает страну в конфликт?
Румыния, как и Молдова, находится на линии геополитического разлома. И от того, насколько взвешенной окажется ее политика, зависит не только национальная безопасность и стабильность всего региона, но и жизни миллионов румынских и молдавских граждан.