Журналист TVC21 Денис Вяткин рассказал, что в аэропорту Кишинева после паспортного контроля его отправили на дополнительную проверку. Багаж и ручную кладь досмотрели, ничего запрещенного не нашли, но паспорт продолжали удерживать, сообщает eNews.
Когда посадка уже началась, сотрудник погранслужбы заявил:
«Вы прошли обстоятельную проверку во второй линии, ничего запрещённого у вас мы не обнаружили, но вам всё-таки придётся ещё подождать. И вот что я хочу вам сказать: “Будьте проще в своих действиях”. Будьте проще. Для того, чтобы в будущем у вас не было проблем».
На вопрос, успеет ли он на рейс, последовал ответ:
«Ну, я не знаю, попадёте вы или нет, но вам придётся ещё подождать. Вы же понимаете, такая процедура».
В итоге самолет улетел, а паспорт Вяткину вернули примерно через десять минут после взлета.
10:05. Самолёт взлетел. Минут через десять мне вернули паспорт с посадочным талоном. На вопрос, где выход, я получил встречный вопрос: «А вы что, не летите?» Ответ был очевиден: мой самолёт улетел. Мой билет и билет друга аннулировали, а наш багаж, который вроде как должен был улететь без нас, мы благополучно забрали с ленты № 18.
Вяткин считает, что происходящее может быть связано с его публичной деятельностью:
«Почему последние полгода я постоянно подвергаюсь дополнительному контролю? Являются ли эти специальные меры, которые предпринимаются в отношении меня, следствием моей публичной деятельности?»
Журналист не исключает обращения в ЕСПЧ.
Полный текст поста Дениса Вяткина в ФБ
Ситуация: направился заранее в аэропорт, чтобы вовремя попасть на свой рейс в Стамбул, из которого должен был вылететь в Екатеринбург, чтобы принять участие в Международном фестивале молодёжи. Получил посадочный талон, сдал багаж, направился к стойкам паспортного контроля.
На паспортном контроле произошла уже привычная для меня ситуация. После того как я предъявил свой паспорт, сотрудница пограничной службы уточнила место моего фактического проживания и попросила пройти в конец зоны контроля (уголок с двумя стульями, отгороженный лентами) для процедуры дополнительного досмотра.
До начала посадки на мой рейс оставалось чуть более часа. Этот час я не без интереса провёл сидя на одном из двух стульев и издалека наблюдая за работой сотрудников пограничного контроля. Минут через десять после объявления о начале посадки на мой рейс меня подозвал сотрудник пограничной службы для проверки багажа и ручной клади.
Сотрудник досмотрел меня и мою ручную кладь, уточнил, что находилось в моём чемодане (который я благополучно сдал во время получения посадочного талона), а я перечислил всё, что было в нём.
После уточняющего вопроса коллеге (мол, есть ли ко мне какие-то вопросы), досматривавший меня сотрудник получил отрицательный ответ (вопросов ко мне нет). Только после этого мне вручили информирующий бланк (фото прилагается), который я подписал.
На свой вопрос о возвращении мне паспорта с посадочным талоном я получил ответ, что паспорт отдадут чуть позже. Затем меня попросили проследовать в уже известный мне угол с двумя стульями.
Объявили о начале посадки на мой рейс. Через двадцать минут после этого объявления ко мне подошёл очередной сотрудник пограничной службы, с которым у меня состоялся следующий диалог:
— Здравствуйте. Вы прошли обстоятельную проверку во второй линии, ничего запрещённого у вас мы не обнаружили, но вам всё-таки придётся ещё подождать. И вот что я хочу вам сказать: «Будьте проще в своих действиях». Будьте проще. Для того, чтобы в будущем у вас не было проблем. Будьте проще. И вам всё-таки придётся ещё подождать.
— Понятно. Скажите прямо: я попаду на свой рейс?
— Ну, я не знаю, попадёте вы или нет, но вам придётся ещё подождать. Вы же понимаете, такая процедура.
Посадка на мой рейс заканчивалась. Мой друг Макс, который должен был лететь со мной, прошёл паспортный контроль без проблем и до самого конца ожидал меня по ту сторону стоек паспортного контроля. Когда его фамилию начали объявлять на весь аэропорт и просить срочно явиться на посадку, к нему подошёл человек, с которым у него состоялся следующий диалог:
— Это вашу фамилию объявляют? Почему не идёте на посадку?
— Товарища жду, его держат в том углу зоны.
— Ваш товарищ никуда не полетит, мне уже передали информацию с таможни.
— Понятно, тогда и я никуда не лечу.
10:05. Самолёт взлетел. Минут через десять мне вернули паспорт с посадочным талоном. На вопрос, где выход, я получил встречный вопрос: «А вы что, не летите?» Ответ был очевиден: мой самолёт улетел. Мой билет и билет друга аннулировали, а наш багаж, который вроде как должен был улететь без нас, мы благополучно забрали с ленты № 18.
Учитывая всё вышесказанное, у меня появилось несколько, наверное, риторических вопросов к людям, которые принимают такие решения и руководят подобными процессами:
1. В чём причина? Почему никто толком не объяснил, что происходит, и на каких основаниях моя проверка длится так долго, раз уж я ее прошел, по словам сотрудника?
2. Почему решение о недопуске меня на рейс было принято заранее? Значит, никакой «процедуры» не было?
3. Что значит «будьте проще в своих действиях»?
4. Почему последние полгода я постоянно подвергаюсь дополнительному контролю? Являются ли эти специальные меры, которые предпринимаются в отношении меня, следствием моей публичной деятельности?
5. Что будет дальше? Анкета в «Миротворце»? Запрет на въезд в Румынию? Санкции Евросоюза? Клеймо «агента Кремля»?
6. Наконец, на каких основаниях в отношении меня представители пограничной службы (а может, и не только пограничной) превысили свои должностные полномочия, ограничив моё право на свободное передвижение, предусмотренное пунктом 2 статьи 27 Конституции Республики Молдова, статьёй 12 Международного пакта о гражданских и политических правах ООН, к которому Молдова присоединилась в 1993 году, статьёй 2 Протокола № 4 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, которую Молдова полностью ратифицировала, и другими нормами? Не повод ли это обратиться в ЕСПЧ?
Вывод: видимо, именно такую «свободу» в контексте евроинтеграции я заслужил. Не скрою, приятно понимать, что на 21-м году своего жизненного пути к моей скромной персоне приковано такое пристальное внимание. А вся эта ситуация говорит о том, что с недавних пор я начал кому-то сильно мешать своими декларациями и своей деятельностью. И я даже знаю, кому. А это значит, что я всё делаю правильно.