Лента новостей

Сегодня, 21:17
Камерун и Австралия сыграли вничью в Кубке конфедераций
0
Сегодня, 20:56
Очередное ”последнее” судебное заседание в деле ”группы Петренко” // Новая попытка организовать судебные прения
3
Сегодня, 20:24
Заседание суда по делу Лучинского перенесено из-за стороны защиты
1
Сегодня, 19:18
Физические лица, осуществляющие независимую деятельность в сфере розничной торговли, за исключением подакцизных товаров, будут платить взносы в соцфонд в фиксированной сумме
19
Сегодня, 17:18
Парламент решил не обсуждать отставку главы МИДЕИ
11
Сегодня, 16:23
Убийцам Кристины Пархоменко добавили срок: они жестоко избили таксиста
3
Сегодня, 16:03
На Украине в День памяти и скорби выписан первый штраф за георгиевскую ленточку
0
Сегодня, 15:51
Чубашенко: «Додон не только лжец и предатель, но ещё и вор»
3
Сегодня, 14:57
Корреспондентку Jurnal de Chisiinau избили за фотографию просроченного товара
3
Сегодня, 14:50
Арест Киртоакэ продлён ещё на 25 суток
2
Сегодня, 13:46
Сейм Польши поддержал снос памятников Красной армии
4
Сегодня, 13:40
Суд приступил к рассмотрению по существу нового уголовного дела в отношении Вячеслава Платона
0
Сегодня, 12:37
Парламент соберется в четверг на очередное заседание
2
Сегодня, 12:25
Диденку признал вину и переведен под домашний арест
0
Сегодня, 12:23
ЛП требует свободу для "политического заключенного Дорина Киртоакэ"
32
Сегодня, 12:04
В Кишиневе почтили память павших в Великой Отечественной войне
4
Сегодня, 09:39
Высшая судебная палата: референдум по отставке Киртоакэ будет
1
Сегодня, 09:35
Депутаты от ЛДПМ подали запрос в Конституционный суд
12
Вчера, 20:39
Кубок Конфедераций: Россия потерпела поражение от Португалии
0
Вчера, 18:15
Илан Шор осужден на 7,5 лет тюрьмы, но освобожден из-под ареста до вынесения окончательного решения
3
Все новости

"Зеркало эпохи": Когда книга была лучшим подарком

Библиотеки были разными

Дети имели право поступить  в первый класс, не умея читать (иначе для чего тогда букварь?). Но это не про меня. Читать я научился лет в пять. Причём, легко и непринуждённо, родители совершенно на этом не настаивали и потом даже слегка удивлялись. Всё просто – ребёнок учится, подражая взрослым. А если все вокруг читают?

 До шести я перечитал всю доступную по возрасту литературу в доме. (Помните этакий зелёный кирпич – «Молдавские сказки» с гайдуком на обложке?).  

Когда читать мне стало нечего,  родители, имевшие абонемент в привокзальной железнодорожной библиотеке, вынуждены были записать туда и меня. В конце шестидесятых, кстати, регулярно бывать в библиотеке казалось совершенно в порядке вещей.  Раз в неделю с кем-нибудь из взрослых членов семьи  мы вечерком ходили «поменять книги», благо жили практически в соседнем доме. Родителей здесь хорошо знали, и поэтому меня пускали вглубь стеллажей с книгами, где я сам мог что-нибудь выбрать. А взрослые в это время разговаривали с библиотекаршей, обсуждали прочитанное и просили отложить, как появится, что-нибудь популярное. Помню, как за «Королевой Марго» мама охотилась две недели.

   Я был неоригинален – в первую очередь «проглотил» всю фантастику, затем пошли приключения. Через пару лет подходящие книги закончились и в библиотеке. Но, к счастью, наша семья жила в большом доме, где было много моих сверстников. К третьему классу чтением заразились все. У многих были неплохие домашние библиотеки, которые меня и выручали. Если очень уж сильно попросить, то с разрешения старших, мне давали почитать что-нибудь для меня новенькое. Эх, какие книги были у моего товарища, сына профессора, жившего в соседнем подъезде! Помните, была такая «Библиотека пионера» в оранжевых переплётах?  Вот у него я её всю и перечитал. А собрания сочинений Уэллса и Верна - это было для меня пределом мечтаний.

 Ну дошла очередь и до газет.

 По подписке и так                                                           

Газеты и журналы – это отдельная история. Все поголовно были подписаны хоть на что-то. Школьник-пионер не мог быть не подписан на «Пионерскую правду», комсомолец обязан был подписаться на «Комсомольскую правду», а встретить члена КПСС, не подписанного на газету «Правда» было практически невозможно. Но это была «обязательная программа», а помимо… Ого-го!  В те времена днем с огнем не найти семью, которая не выписывала бы четыре-пять газет и два-три журнала. Мои родители в этом ничем от других не отличались, и я начал читать всё, что клал почтальон в наш почтовый ящик.

 

 

Золотые были времена! В отдельные годы мы выписывали семь-восемь газет и пять-шесть журналов. Вспоминайте: «Пионерская правда», «Юный ленинец» (ну, это была местная разновидность «Пионерской правды»), «Комсомольская правда», «Известия», «Правда», «Советский спорт», «Вечерний Кишинёв», «Советская Молдавия» и, конечно же, «Литературная газета». Я всё никак не мог понять, почему у всех газет рядом с названием были  ордена и только у «Вечернего Кишинёва» вместо них был кружок с фотографией памятника Ленину перед Домом правительства?

  Журналы – это вообще песня: «Юный натуралист», «Юный техник», «Пионер», «Техника-молодёжи», «Ровесник», «Знание-сила», «Юность», «Вокруг света», «Наука и жизнь», «Здоровье», «Работница», «Человек и закон». На «толстые» журналы уже не хватало ни силы моего убеждения, ни денег.   

Была в Кишинёве ещё одна категория читателей газет.  Исключительно серьёзные мужчины пенсионного возраста утром тянулись к парку Победы почитать прессу, вывешенную в застеклённых витринах на аллее от Центрального универмага (теперь Gemini) до улицы 25 октября (вниз по улице Пушкина).  Практически у каждой витрины стояли по два-три человека, которые собирались потом в кружки и начинали обсуждать прочитанное. Удивительным было то, что в витринах вывешивали свежую прессу из  всех союзных республик. Эти застеклённые витрины стоят и сейчас, но никогда уже не будет такого интереса к газетам, которые иногда в них вывешивают, как в те времена.

 

Несмотря на то, что во главу угла в периодике ставили идеологию, пустых и никчёмных газет и журналов тогда не было. Уровень был высочайший. И пусть нынешняя молодёжь не думает, что тогда, кроме «коммунистической пропаганды», в газетах нечего было искать. Именно в «Пионерской правде» публиковались главы тогда ещё не изданной книги Булычёва «Лиловый шар». А опубликованная там же прекраснейшая детская повесть Алексина «След крокодила»? Или же весьма неоднозначный по тем временам «Час быка» Ефремова, который печатали в «Технике-молодёжи»?

 Про открытки

 В городе было установлено изрядное количество киосков «Союзпечать». И по утрам к ним частенько выстраивались очереди. Надо было видеть, как киоскёры из лежавших на прилавке пачек газет, быстро и ловко выдёргивали нужные, мгновенно сворачивали их и подавали покупателю в окошко. По одной газете почти никто не покупал – цена в две или три копейки за экземпляр этому способствовала.

 Особенно выделялся магазин «Пресса». Он находился на проспекте Молодёжи (сейчас бульвар Григория Виеру), на троллейбусной остановке,  рядом с республиканским банком. Там можно было купить довольно экзотические издания на разных языках. Сестра, например, из-за обилия красивых фотографий и иллюстраций покупала там «Юманите-диманш». А меня в этом магазине особенно привлекали почтовые марки. Кто же из мальчишек тогда не собирал марки?    

Кстати, о коллекционировании. Пацаны собирали марки, а девчонки…  Помните? Ещё одна разновидность печатной продукции, продававшаяся в киосках «Союзпечати», - открытки с фотографиями киноактёров. Девчонки таскали увесистые пачки этих открыток с собой в школу, обсуждали, хвастались, обменивались. Такие открытки до сих пор можно увидеть на блошином рынке возле ж/д вокзала.

В киосках «Союзпечати» продавались и обычные поздравительные открытки. За несколько дней до какого-нибудь праздника все вносили в свои планы их приобретение.  Вечером открытки раскладывались стопочками, доставались из шкафа «поздравлялки», полученные от родственников и знакомых (чтобы посмотреть и точно написать адрес), и начиналась священнодействие: предпраздничная процедура составления пожеланий. А мы, дети, выбирали по рисункам, кому какую открытку отправить. Поздравляли родственников, разбросанных по всему Советскому Союзу, поздравляли  даже знакомых, живших в соседнем доме. А заблаговременная покупка открыток как раз и была связана с желанием вовремя поздравить всех, кто  далеко живет: почта по СССР могла идти и три, и пять дней. Уж такие были размеры страны.

 На охоту в «Луминицу»

И снова о книгах. В советское время на территории СССР Кишинёв однозначно считался литературной столицей. Нет, неверно. Не литературной, а книжной. В те времена визитной карточкой Молдавии были «Букет Молдавии»,  конфеты фабрики «Букурия» и книги.

Библиофилы всего Союза жаждали завести знакомых в Молдавии. Никто не мог составить конкуренцию Кишинёву по количеству выпускаемых здесь хороших книг. Были несколько издательств, готовивших издания к печати, и был Полиграфкомбинат, все эти книги печатавший. Они казались неказистыми по оформлению и качеству бумаги, но, несмотря на это, найти их в свободной продаже было сложно.

 Всё складывалось по Райкину: «Кто что охраняет, - тот то и имеет». Надо было иметь знакомых в издательствах или на Полиграфкомбинате, потому что какое-то количество книг обязательно оставляли там для своих сотрудников. И было ещё одно заветное для книголюбов место – «Молдкниготорг», распределявший местную и поступавшую в республику литературу по книжным магазинам, библиотекам и организациям.  База «Молдкниготорга» находилась на улице Мунчештской, чуть дальше троллейбусного парка. Когда я впервые попал на эти склады, у меня закружилась голова и вспотели ладони. Там было чего распределять: кроме наших, огромное количество изданий из всего  Советского Союза. Распределение таких богатств в те времена можно сравнить разве что с распределением сейчас бюджетных денег.

Если организация или предприятие было большим, то его профком писал заявку о выделении энного количества книг для их дальнейшего распределения среди своих работников. Понятное дело, часть оставалась тем, кто эти книги «добывал», плюс руководство, конечно. А оставшуюся литературу быстренько разыгрывали среди сотрудников при помощи лотереи. Пять минут – составить список всех желающих, ещё три минуты – нарвать бумажки и написать на них номера и ещё минута - на вытягивание счастливых номеров. К слову, подписка на дефицитные газеты и журналы разыгрывалась точно так же.

   Но существовал ещё один способ добывания желанной литературы. Во всех городках и сёлах Молдавии обязательно существовали книжные магазины «Луминица». Это была огромнейшая сеть магазинов, которую тоже обеспечивал «Молдкниготорг». Соотношение числа жителей села и количества книг, выделенных его «Луминице», отличалось от городских магазинов очень сильно. Поэтому в сёлах часто можно было увидеть то, что в Кишинёве до прилавка даже не доходило. Вот и ездил народ по деревням, пытаясь найти дефицит. Машин в частном владении было раз-два и обчёлся, так что добираться до сёл можно было только на автобусах, чаще всего совмещая «книжную охоту» с командировками.

   За чем всегда охотились, что ценилось больше всего? Конечно же, серия «Мир приключений». Перечислять названия не буду: уверен, что, если любой читающий этот текст оторвётся от монитора и повернётся  к своему книжному шкафу, непременно увидит пять-десять книг этой серии. А каким хитом была серия, по-моему, из шести книг «Волшебник Изумрудного города» Волкова! А сколько было отличной литературы, не входившей ни в какие серии ! Можете опять посмотреть на свой книжный шкаф. (У всех кишинёвцев основу библиотеки, как ни крути, составляют наши молдавские книги, совершенно определённые и у всех одинаковые. Сколько раз меня как током ударяло у очередного кишиневского книжного развала – почему здесь торгуют книгами из моего книжного шкафа? Уверен, многие переживали те же эмоции).

Есть у вас макулатура?

 Да, основу домашних библиотек кишинёвцев составляли именно наши книги. Но ведь хотелось и чего-нибудь другого. Например, московских изданий. Просто купить их было невозможно. Но выход нашли: начали собирать макулатуру! По тем временам это было совершенно грандиозное начинание. В конце семидесятых в Кишинёве в пунктах  приёма макулатуры вместо денег выдавали абонемента на приобретение книги из списка возможных. Это было просто замечательно! Школьный сбор макулатуры особого смысла не имело и часто заканчивался медленным превращением бумаги, сваленной где-нибудь в углу школьного двора, в обычный мусор. А здесь открывались прекрасные возможности!

 Все, что не успели сдать в школу, я начал таскать в ближайший пункт приёма макулатуры. Он находился он за девятиэтажным домом на улице Тимошенко (теперь Дечебал) напротив первого озера Долины Роз. Заведовал им ветеран-фронтовик очень интеллигентного вида и очень похожий на Фазиля Искандера. Он ходил в пиджаке с орденскими планками, был добродушен и всегда находился на своём рабочем месте. Вместо одной руки у него был протез, и если, придя к нему, я видел, что он перекладывает пачки газет и журналов, помогал. Со временем он стал меня узнавать и порой округлял вес принесенной мной макулатуры на полкило–килограмм в большую сторону.

Мои результаты того периода – четырёхтомники Джека Лондона и сказок «Тысяча и одна ночь», великолепно изданный трёхтомник Пушкина, трилогия Драйзера, Мериме.

 Меняю  Хейли на Орлова  

 Прошло некоторое время, и система «книги за макулатуру» изжила себя. Но свято место пусто не бывает. Где-то в начале восьмидесятых в книжных магазинах появилась система книгообмена. Практически в каждом книжном магазине Кишинёва появился заветный стеллаж с такой надписью. Верхнюю его полку занимали книги высшей категории. Вторая полка – первая категория, третья – вторая категория ну и так далее, до четвёртой. Практически везде на верхней полке стояли книги Пикуля, Юлиана Семёнова, серия «Современный зарубежный детектив» ну и отдельные экземпляры из нашего «Мира приключений», Стругацкие или Вайнеры, например. Я стоял, с тоской глядя на эту полку, и думал – ну где ж народ такие книги берёт?

На заветных стеллажах стояли издания для свободного обмена и книги, сданные  для целевого обмена. Всё просто: получал магазин что-нибудь дефицитное и отправлял в этот отдел. В обмен на заурядные для магазина издания, книголюбы вполне могли принести что-нибудь необычное. Категорию обычности-необычности определяла дама, заведующая этим стеллажом. Как было интересно слушать подробное, развёрнутое описание художественных достоинств какой-нибудь книги, принесенной человеком на обмен, но не дотягивающей, по мнению хранительницы книг, до категории той книги, которую он бы хотел получить взамен.  Убедить даму, приставленную к заветной полке, было невозможно. Могло помочь лишь личное знакомство, но и это работало крайне редко.    

Это всё касалось свободного обмена. А существовал ещё целевой, когда покупатель хотел обменять дефицит на какую-то конкретную книгу. Если выставлялась какая-то фигня, а просили за неё что-то стоящее, схема не работала. И наоборот: если кто-то выставлял что-нибудь стоящее, а просил какую-нибудь банальность, книга исчезала моментально,  ведь заядлые библиофилы ходили по магазинам, как на работу, – раз в день.

Помню, как сам успешно воспользовался этим методом. Дело было в Таллине. Я никак не мог найти в Кишинёве одну книгу, но страстно её желал. Вот и выставил, по приезду в Таллин, в одном из книжных магазинов, одним лотом, для надёжности, так сказать, «Аэропорт» Хейли, «Крестоносцев» Сенкевича и «Избранное» Булгакова. Ну, сами понимаете – у нас это были далеко не раритеты. В обмен попросил то, чего так хотел, – «Альтиста Данилова» Орлова. И через два дня его получил!

  Кстати, книгообмен был всесоюзной забавой. Бывая по делам в других городах Союза, всегда прихватывал с собой по полчемодана книг. Было тяжело, но что делать? На бескрайних просторах СССР можно было успешно сплавить всё, что угодно, чего у нас даже и не покупали. Яркий пример – пару экземпляров книги «Разведение гладиолусов», купленных не где-нибудь, а в «Академкниге», напротив памятника Штефану, я удачно сменял на очень приличные книги в Курске. А у нас это издание лежала на прилавке ещё почти год и никому не было нужно.

    Но я со своей половиной чемодана книг был жалким дилетантом. Действительно легендарная личность – друг, приезжавший из Калининграда в гости к мужу моей сестры. Он как приезжал с двумя огромнейшими чемоданами литературы, килограммов по сорок-пятьдесят каждый, с таким же грузом и уезжал. Здесь мы его, конечно, и встречали, и провожали. Но вот как он один передвигался с этими чемоданами в Москве, переезжая с одного вокзала на другой, для меня было загадкой. Однажды я всё-таки спросил его об этом. «А я беру один чемодан и несу,  пока вижу второй, потом ставлю его и быстренько бегу за вторым чемоданом, поглядывая на первый. Так потихоньку и добираюсь куда нужно».

   Как бы то ни было, эпоха книгообмена осталась в душах кишинёвских любителей почитать большим светлым пятном. Проехаться по книжным магазинам, посмотреть, где что появилось, - это было как для рыбака попасть на новое, неизвестное озеро, или как для ботаника попасть куда-нибудь в девственные джунгли. Всех объединяло одно – сладостная надежда на фантастическую удачу и ожидание чуда, в предчувствии которого всё тихонько звенит внутри.

Комиссионка

В такой охоте по магазинам, помимо книгообмена, были дополнительные надежды на отдел комиссионной торговли. Чего стоил один только «Букинист» на углу Гоголя (теперь Бэнулеску Бодони) и Космонавтов, ничем другим, кроме комиссионной продажи книг, не занимавшийся.  Никогда не покидала мечта, что вот ты пришёл в магазин, а там, буквально вчера, кто-то сдал свою библиотеку размером в два кубических метра и ты сейчас… эх…

Как-то в «Универсуле» на Ленина (Штефана чел Маре) эта моя мечта почти осуществилась. Я пришёл сдать на комиссию пару книг. Перед кабинетом товароведа-приёмщика стояло несколько человек с отсутствующими взглядами. Среди них претендентов на сдачу литературы не оказалось, и я вошёл в кабинет приёмщика. А там! Там мужик из трёх чемоданов доставал и раскладывал на столе товароведа и фантастику, и приключения, и собрания сочинений, и все известные книжные серии. Оценщица с криком: «Не, не, не! Мы сегодня не работаем!», - вскочила и вытолкала меня из кабинета. Я вышел. И снова встретился с теми же людьми с отсутствующими взглядами. Но теперь мне стала понятна их стойкость. Они тоже заглядывали в этот кабинет.

   Я влился в их ряды, прислонившись к стене рядом с заветной дверью. Ближе к обеду оценщица вышла и, увидев эту немую сцену, спросила: «А чего»? В ответ тихий вздох, почти стон: « А когда»? «Ну, может, после обеда», - ответила она и ушла. Обеденный час жертвы книжного шока, и я в том числе, провели под дверью магазина. Ну как я мог уйти, оставив  конкурентов без присмотра? Ведь там, внутри, была куча книг из так мной любимой и собираемой всеми правдами и неправдами серии «Фантастика» издательства «Мир».

   Но после обеда ничего не произошло. И позже тоже ничего не произошло. Книги так и не появились в продаже. В какой-то момент уже я, набравшись нахальства, спросил: «Так когда?». «Ну сегодня уже нет, завтра». И назавтра я снова был там. И пару вчерашних оптимистов тоже. Магазин открылся, мы побежали к заветным полкам, но там опять ничего не было. Пошли и снова стали под дверью приёмщицы. Немым укором, так сказать. Дама пару раз мимо нас прошла. Видать, поняла, что деваться некуда и придётся делиться. И спустя час вынесла, наконец, пару стопок. Ну да, ну и мне удалось ухватить пару любимых книг, но вера в осуществление хрустальной мечты книголюба была все же разбита о реалии магазинной жизни.

Ещё существовало в Кишинёве общество книголюбов. По улице Берзарина два квартала вверх от Ленина и налево. Это была ещё одна возможность разжиться чем-нибудь хорошим. Можно сказать, там тоже занимались распределением книг. Вот, кстати, была польза от чтения «Вечернего Кишинёва». Неожиданно там могло появиться объявление примерно такого содержания: «Магазин «Подписные издания» сообщает, такого-то числа в такое-то время состоится розыгрыш подписки на собрание сочинений  … . Розыгрыш состоится в помещении общества книголюбов по адресу …. Запись производится с 11.00 . При себе иметь документ, удостоверяющий личность.»

 И в назначенное время у общества книголюбов собирался народ. Для повышения шансов на успех приходили семьями. Я таскал с собой по несколько приятелей. И знаете, иногда везло. Результаты этого везения – выигранная подписка на «Библиотеку современной фантастики», на Булгакова и на Андреева.

Ушла эпоха

   А магазин «Подписные издания» существует до сих пор. Правда, живет, как и все вокруг теперь, только за счёт перепродажи. Интересно, что именно подписные издания в какой-то момент стали причиной моего психологического перелома. Когда в начале девяностых в одном из небольших книжных магазинчиков то ли на Мичурина (Сфатул Цэрий), то ли на Лазо, выше Искры (Букурешть), меня уговаривали купить собрание сочинений Чехова в двенадцати томах за пятнадцать рублей, я понял, что жизнь изменилась и изменилась безвозвратно. Тот двенадцатитомник я тогда, конечно же, купил. Так он и стоит у меня на полке в память об окончании книжно-печатной истории Кишинёва.

 Ушла в прошлое фраза «Книга – лучший подарок». Человек с книгой в руках сейчас редкость. Невозможно представить школьника или студента, читающего дома книгу. И дело даже не в том, что цены на литературу сейчас сопоставимы с ценами на мясо, и по цене она стала предметом роскоши. Просто читать сегодня не принято и необходимости этого никто не учит. Сейчас, если и читают, то только переписку в «Одноклассниках».

Когда вы видели последний раз человека, читающего книгу? Думаю, не вчера. И не позавчера. А когда вы последний раз видели человека, читающего что-то на экране монитора? То-то и оно. А знаете, в чём разница между читателем бумажной книги и читателем из интернета? Разница в исходящих от них эмоциях. Фигура человека с книгой  – это покой, умиротворение и равновесие. Не зря она привлекала художников всех времён. «Женщина с книгой», «Девушка с книгой», «Мужчина с книгой»… Сколько их было-то? А человек, читающий с монитора? Это что-то нервное, с подёргивающейся, как от тика, рукой с мышкой и с постоянно бегающими по экрану глазами. Картина эта так до сих пор  и не вызвала ни у кого желания написать «Девушку с ноутбуком».

 Валерий ФИЛИПЕНКО

ВНИМАНИЕ: Перепечатка материалов из проекта "Зеркало эпохи" разрешена только с указанием источника в начале публикации и гиперссылки на источник в конце.  

Напоминаем, что проект «Зеркало эпохи» приглашает всех желающих. Ждем ваши личные воспоминания и нигде не публиковавшиеся дневниковые записи.

скачать dle 11.3

Похожие публикации

Войти через

10 комментариев

  1. Незнайка
    good_mini good_mini good_mini
    0
  2. lelea1986
    ЗдОрово! good_mini и грустно.
    А запах книги,он,как запах времени-ничем не заменяемый и уникальный.
    Отлично написано.
    +3
    1. Незнайка
      Интернет заменил книги. Многие просто ищут информацию в поисковике, но та информация поверхностна...
      0
      1. lelea1986
        Знаете,Незнайка,в каждой книге есть душа,это-душа автора.И совсем неважно сколько автору лет.И если душа автора и душа читателя слились воедино в книге,получается незабываемое произведение-КЛАССИКА! С интернетом,почему-то,у меня ТАК не выходит pardon_mini
        0
  3. companiolla
    Вот, они, зёрна истины! Таких, чтоб найти, сегодня надо перерыть кучу интернетного дерьма...
    +1
  4. gloria
    Хорошая статья good_mini good_mini
    Мы сначала в своей семье, потом в замужестве, были из такого же книжного мира.Я была записана в три библиотеки в Бельцах. Так же и брат, и папа с мамой. Когда книга попадала в наш дом, ее читали все по очереди. И это кроме своей библиотеки, которую начал собирать отец, но основной вклад внели мы с братом. У нас был магазин Прометей, где мы тратили все полученные от родственников карманные деньги. И так же прошли через сельские магазины типа Штиинца, благо, что я побывала за время учебы в 7 колхозах. И Букинист на Гоголя был моим вторым домом. А позже - московский Библиоглобус. Ах, сколько современной мировой литературы мы привезли оттуда!
    Любимыми журналами были (в зависимости от возраста) Веселые картинки, Пионер, Костер, Юный техник, Юность, Наука и жизнь и т.д. и т.п.Закончилось все Литературной газетой, Роман-газетой. Но это уже в перестройку. А были еще Москважурналы Нева, Москва, Иностранная литература. И макулатура в замен книг. Из-за этого я лишилась всех конспектов по высшей матиматике, которые по ошибке туда отнесли брат с мужем. Общество книголюбов совсем недавно лишилось своего председателя - похоронили Евгения Ивановича, увы. И книги стали электронными, и мы продолжаем их читать. Так что не все так плохо :)
    0
  5. gloria
    *Сорри, много очепяток - с телефона писать просто беда!
    0
  6. Sanitar_Ion
    Замечательный текст, вызвавший прилив ностальгии... Как это всё знакомо - сдача макулатуры в обмен на абонемент, розыгрыш подписки на "Вокруг света" или "Науку и жизнь"... А ещё был замечательный журнал "Наука и религия", который помогал колеблющимся духовно укрепиться в атеизме, или на худой конец, в агностицизме). Кстати, именно там я впервые прочёл Урсулу Ле Гуин, кажется, "Волшебник Земноморья"..
    0
  7. companiolla
    А ещё был журнал "Химия и жизнь", где одна четверть объёма была химия, а три четверти-жизнь!
    0
    1. gloria
      Я туда даже писала - задавала вопрос. И мне ответили!
      0
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх